«Ваш Ленин очень скучал по моему прадеду» — голливудский актер с русскими корнями Арми Хаммер дал эксклюзивное интервью перед выходом в прокат остросюжетной комедии «Перестрелка».

Арми — уменьшительно-ласкательный вариант редко встречающегося сейчас имени Арманд. Одного из лучших молодых актеров Голливуда назвали в честь прадедушки, знаменитого Арманда Хаммера — бизнесмена, чье имя до сих пор хорошо известно в России. На родину предков Хаммер-младший привез лихую криминальную комедию «Перестрелка» британца Бена Уитли. От всех колоритных персонажей ленты бородатый герой Арми отличается благородством и импозантностью, которые невозможно ни сыграть, ни изобразить. С ними нужно родиться.

— Зачем вы с такой родословной пошли в актёры? Неужели ваши родители-миллионеры не возражали?

— Да, мои родители были всем этим не очень довольны. Их можно понять. Но я в довольно молодом возрасте сообразил, чем хочу заниматься в жизни. Просто я всегда очень любил кино. Это моя первая настоящая любовь. Работу в кино я считал для себя счастьем. Мне было 17-18 лет, когда я это понял. Мне повезло: в школе, где я изучал бизнес, у меня был очень хороший учитель. Я-то хорошим студентом никогда не был. И вот сижу я на лекции, не уделяя никакого внимания предмету, и этот преподаватель у меня спрашивает: «Может быть, есть место, где тебе было бы интереснее?» И я говорю: «Да, есть!» — «Тогда не позволяй нам себя задерживать! Иди туда, где тебе будет лучше, здесь ты только тратишь свое и мое время!». Я встал и ушел. Конечно, когда я рассказал все это своим родителям, они от злости чуть с ума не сошли. Но я был непоколебим в желании стать артистом.

— Насколько против они были?

— Поначалу они были очень-очень против! Но постепенно начали понимать, что с моей стороны это не было подростковым бунтом, не было актом протеста или неповиновения. Я сделал это потому, что кино было моей страстью. Когда они это поняли, то, как и все хорошие родители, стали меня поддерживать.

— Но откуда вообще такая страсть к кино?

— Брата моего прадеда Арманда звали Виктор, и он был актером. Он учился в знаменитом нью-йоркском колледже искусств Джуллиард, был самым молодым студентом в те годы. Арманд был бизнесменом, а Виктор — художником, творческой личностью. Моего брата тоже зовут Виктор, но он, наоборот, бизнесмен, а я, хоть и Арманд, творческая личность. Все смешалось в нашем семействе.

— Вы, наверное, были слишком малы, чтобы лично знать Арманда.

— Нет, когда его не стало, мне было пять лет. Поэтому смешно, что у меня о нем совсем другие воспоминания, чем у всех остальных. Он часто заходил в наш дом по воскресеньям, когда бывал в Лос-Анджелесе, потому что моя мама всегда жарила курицу и готовила всякую другую вкусную еду. Я помню, как он играл с нами в персонажей комиксов и плескался в бассейне!

— У вас остались вещи из его коллекции?

— О да, у нас тонны всего! Он хранил все, что привозил из своих поездок, все, что ему дарили. У нас куча старинных русских артефактов, есть даже письма от Ленина. Написанные его рукой: «Дорогой товарищ Хаммер! Я очень по вам соскучился. Приезжайте меня навестить!» Мило, не правда ли?

— Что вам наиболее дорого из его коллекции?

— Письма Ленина! Они хранятся у нас на почетном месте. Особенно письмо, гласившее «Товарищ Хаммер — друг нашего государства, его следует освободить от всех проверок на таможне во время его въезда и выезда из СССР. В случае возникновения проблем обращайтесь лично ко мне». Поэтому когда Арманд пригонял в Россию пароход с тракторами и таможенники пытались его остановить, он говорил им: «Позвоните Владу» и все сразу решалось.

— Он называл Ленина Владом?

— Не знаю. Но думаю, да, мог бы.

— Но со Сталиным он не стал связываться. Умный все же был человек.

— Не думаю, что Сталину он бы сильно понравился (Смеется.)

— Говорят, вам достался и портрет Горбачева.

— Да, он какое-то время висел в гостиной в моей квартире. Гости сильно удивлялись ему, и я его снял.

— Хаммер много сделал для того, чтобы состоялась встреча Рейгана и Горбачева, чтобы закончилась «холодная война» между СССР и США.

— Только для того, чтобы сейчас все повторилось вновь! (Смеется.)

— Правда, что у вас есть татуировка на кириллице?

Арми показывает запястье и отодвигает часы, чтобы я увидел наколку с фамилией «Хаммер», написанной русскими буквами:

— У моего отца и брата такая же.

MOSCOW, RUSSIA — APRIL 23: Actor Armie Hammer attends photo call on Walt Disney Pictures «Lone Ranger» at Ritz Carlton Hotel on April, 23, 2013 in Moscow, Russia. (Photo by Kristina Nikishina).***Locan Caption***Armie Hammer

— У вас внешность стопроцентно положительного героя, но играть таких вам явно скучно.

— Когда мне бывает страшно браться за ту или иную роль, я убеждаю себя в том, что главное испытание и радость актерской профессии состоит в том, чтобы проявлять сумасшествие в творчестве. А консерватором можно быть в реальной жизни.

— А вы консерватор в реальной жизни?

— Да нет. В политике точно нет!

— Недавно вы снялись в замечательном итальянском фильме «Называй меня своим именем» модного режиссера Луки Гуаданьино. Раньше голливудские звезды часто снимались в европейском кино, сегодня — почти нет.

— Голливудская система меняется. Раньше студия делала штук по 30 фильмов такого бюджета. Потом таких картин стало все меньше и меньше. Сейчас может быть всего 4 — таких, как «Звездный путь», «Стражи Галактики» или «Мстители». Все изменилось, и для того чтобы снять такое кино, надо ехать за границу. В Америке их уже не снимешь. Я имею в виду низко- и среднебюджетные работы, ориентированные на художественность, а не коммерческий успех.

— А это именно то, что вас интересует.

— Я начал сниматься в больших голливудских фильмах, потому что все давили на меня, что я «должен». Но с творческой стороны меня все это не удовлетворяло в той степени, в какой должно удовлетворять. Поэтому я начал работать только на проектах, интересных мне своим содержанием и теми, кто в них участвует в качестве режиссера и партнеров. Так мне гораздо веселее.

— А что если вам предложат роль Джеймса Бонда одном очень кассовом проекте?

— Лично мне не хотелось бы видеть в роли Бонда актера, не являющегося англичанином.

— Ну британским акцентом вы можете обзавестись. И вообще, скоро Бонд будет не только не англичанином, но и вообще чернокожим.

— И пусть! Я, например, только за. Думаю, Идрис Эльба будет отличным Бондом, он продолжит линию Дэниэла Крэйга — из него получится такой же опасный Бонд! Такой и убить может! Мне такой Бонд нравится больше, чем шикарные и обходительные агенты 007 в исполнении Пирса Броснана и Тимоти Далтона.